Культура

Режиссер Юрий Попов: «Трагикомедия — это искусство высокого полета»

:
29 и 30 апреля на сцене Академического театра драмы им. В. Савина состоится премьера трагикомедии «Утиная охота» по пьесе А. Вампилова. Поставить историю о лишнем человеке нашего времени взялся главный режиссер театра Юрий Попов. Пластическим оформлением спектакля занялась московский хореограф Светлана Скосырская, работа которой над спектаклем «Свадьба с приданым-2» не только позволила зрителям Сыктывкара увидеть, что такое пластический театр, но и открыла новые возможности труппы. О спектакле, главном герое, проблемах современного театра и современного человека в оценке Юрия Попова и Светланы Скосырской читайте в интервью «Коми Ньюс».

- Это вторая ваша работа в театре им. В. Савина. Первая — «Свадьба с приданым-2», которая была поставлена в начале сезона. Особенностью спектакля и неожиданностью для зрителя стало пластическое решение, которое даже доминирует над драматической составляющей. Подход к пьесе А. Вампилова тот же?

С. С.: Мой подход не меняется, я вообще сторонник того, чтобы лишние слова заменялись действием. «Свадьба с приданым-2» изначально делался как пластический спектакль, а «Утиная охота» — спектакль драматический, и в нем меньше непосредственно танца — в основном, это пластика, через которую проявляет себя персонаж, которая добавляет глубины и многоплановости отдельным сценам и целому спектаклю. Сейчас я работаю как режиссер по пластике — даже не балетмейстер, — у меня другая задача. И чем меньше артист двигается, тем больше внимания необходимо уделять нюансам и тем интереснее мне искать правильное решение роли или сцены.

- То есть хореографии как таковой в «Утиной охоте» будет немного?

С. С.: Может быть, я кого-то разочарую, но актеры откровенно пускаться в пляс не будут. Из-за того, что я начала работу уже после того, как спектакль был собран, делала только так называемые вкрапления, хореография и пластика в «Утиной охоте» выступают в функции «подложки», чего-то дополнительного. Но режиссер доверяет мне, вообще доверяет своей команде, у него не авторитарный подход, и самое важное для него — чтобы спектакль получился.

Фото Ивана Федосеева

Фото Ивана Федосеева

- Вы впервые работаете с пьесой А. Вампилова? Насколько сложен этот автор с точки зрения режиссера по пластике?

С. С.: Как режиссер по пластике я уже делала спектакль по его пьесе «Старший сын». Это сложный автор, но все зависит от того, с какого ракурса смотрит на произведение режиссер. В любом тексте есть символика, которую можно выразить через пластику. Кроме того, каждый персонаж проживает внутреннюю жизнь души, не все выходит на первый план: есть то, о чем он думает, но о чем не говорит.

- После того, как к постановке подключилась Светлана, не пришлось пересмотреть собственные подходы к «Утиной охоте»?

Ю. П.: Нет. Наш альянс позволяет через форму выразить то, что заложено драматургом — при первом приближении — на бытовом уровне. Но как раз «бытово» это сделать невозможно. Кроме того, вместе мы идем к тому, чтобы научить наших актеров существовать в разных жанрах, — и к этому театр в целом идет в последние годы. Одно время в репертуаре были исключительно однотипные народные спектакли, теперь мы от этого уходим.

- Не получится, что в репертуаре останутся только спектакли новаторского типа?

Ю. П.: Мы хотим соблюсти баланс. Сейчас наблюдается очевидный перекос в сторону психологического русского театра, который пластическая история на данный момент не может — да и не должна — перевесить.

- Означает ли такая установка, что возникни сейчас не Вампилов, а другой автор, вы бы тоже обратились к Светлане?

Ю. П.: Нет, надо учитывать конкретный материал. Кроме того, это моя первая работа со Светланой, и судить о том, насколько этот опыт будет удачным, можно только после премьеры. Я видел репетиции «Свадьбы с приданым-2», и понял, что как режиссер по пластике Светлана Скосырская двигается в русле задач, которые ставит режиссер-постановщик. То есть она идет именно от режиссера — и этого мне всегда не хватало во взаимодействии с другими режиссерами по пластике.

- Спектакль по пьесе Вампилова «Прошлым летом в Чулимске» ушел из афиши театра им. Савина относительно недавно. И сейчас вы снова обращаетесь к этому автору, хотя, например, Чехова в репертуаре нет.

Ю. П.: Вампилов важен для меня лично, для моего собственного взросления в профессии. И я убежден, что прежде, чем приступать к Чехову, необходимо пройти этап Вампилова. Поэтому, думаю, что и Чехов в ближайшее время появится в нашем репертуаре.

С. С: И для артистов эти этапы тоже важны, должна быть степень взросления.

- Главный герой пьесы Вампилова — Зилов — это своего рода герой времени, и, наверное, поэтому персонаж не очень привлекательный. Как вы думаете, зрителю будут близки его переживания?

Ю. П.: Зилов — это герой нашего времени, человек, который вступает в оппозицию к современности. Он существует в этом мире, но не принимает правил игры, не хочет изменять своей природе. В этом смысле Зилов — это Печорин и Чацкий наших дней. Более того, он собирает вокруг себя людей, которые хоть и пошли на поводу у времени, но все равно находятся с ним в конфликте и высмеивают общество, частью которого являются сами. Таким образом, Зилов превращается в вожака. Нравственная составляющая -, а она безусловно у Зилова есть — приводит его к тому, что он пытается разрушить систему, но не в буквальной революционной форме, а в форме ее высмеивания.

- Вы впервые работаете с таким героем?

Ю. П.: Думаю, что зачатки были в спектакле «Верую…» по В. Шукшину, где-то они проявились и в «Слоне» по А. Копкову. История «Утиной охоты» близка к настоящему дню и она близка мне: с подросткового возраста я вижу примеры, когда «стая» пытается сломать — и ломает — любого человека. С одной стороны, мы принимаем правила игры — мы не можем жить, не соизмеряясь с законами общества, но внутреннюю оппозицию по отношению к тем или иным его проявлениям все равно держим.

- Не боитесь, что с такой позицией окажетесь непонятым зрителями?

Ю. П.: У меня еще не было ни одной постановки, где бы я резко высказал свои мысли по поводу происходящего вокруг. Просто мы живем в этом театре, он для нас как «вишневый сад», а люди, которые придут на спектакль, в большинстве своем живут в реальном мире. И мои опасения как раз касаются того, что мы не сможем их «пробить». Юмор в этой трагикомедии возникает от парадокса, от того, как цинизм реагирует на не очень смешные вещи. И реакция зала — как и у детей на волка: чем циничнее оценка, тем смешнее. Человечность, несложившаяся любовь, неинтересная работа, — все это мы прошли, а теперь надо делать острохарактерных персонажей, людей, которые не боятся показаться отрицательными — и в этом выражают свой протест.

- Тогда не боитесь, что спектакль наградят определением «не для всех»?

Ю. П.: Это вообще неправильный подход. Кто не рискует, тот не пьет шампанское, — раз. Два: на своей должности я никогда не позволю ставить спектакли «не для всех». В моем понимании такие спектакли просто сделаны плохо, именно поэтому они не могут быть приняты зрителем. Убежден, что любую абсолютно сумасшедшую историю можно сделать «для всех».

- Искусством принято лечить душу, а вы зрителей намерены окунуть в действительность, может быть, еще более жесткую, чем та, с которой им приходится сталкиваться каждый день.

Ю. П.: Необходим художественный подход. Вообще, «сладкие» спектакли делать совсем не хочется. К тому же сейчас я начинаю понимать, что комедиями и мелодрамами мы не привлечем в театр молодежь — у них в жизни сплошной «варкрафт», им надо каждый день пробиваться. И я хочу, чтобы в театре они взяли именно то, к чему в жизни, возможно, придется идти годами. Я всегда говорю о том, что театр должен служить нравственному оздоровлению личности, и «Утиная охота» — это правильный путь. Это не «чернуха», Вампилов — настоящий хирург в своем ремесле — писал про самые тяжелые моменты в своей жизни, но после того, как их пережил, когда уже был проведен самоанализ и появилась самоирония.

- Как работают актеры в таких предлагаемых обстоятельствах? Удается им выйти за границы «вишневого сада»?

Ю. П.: Весь репетиционный период актеры в панике, потому что я постоянно меняю задачи, где-то хвалю, а потом говорю, что все плохо. Трагикомедия — это искусство высокого полета, сложнейший жанр. Исполнитель Зилова Денис Рассыхаев находится в самой сложной ситуации — и не только потому, что это главная роль. Мы с ним договорились что будем выстраивать образ по кирпичикам, вся его внутренняя природа должна мобилизоваться, при этом необходимо отмести основы его системы ценностей — значение семьи, жены, детей. С позиции техники он это понимает и делает, а с внутренней — мы пока пробились не во все сцены.

Многих актеров я взял «на вырост», на перспективу. У Вадима Козлова (Кузаков) уже сложилось свое амплуа наивного юродивого, а теперь он выйдет в роли обаятельного злодея, что по человеку абсолютно не читается. Мне кажется, что-то получится у Михаила Липина (Кушак) — это народный артист в смысле своей самобытности, и ломать его, может быть, не всегда надо. Снова удивляет вчерашняя студентка колледжа искусств Александра Рочева, которая опять слезами и мучениями пришла к оригинальному решению роли мальчика. Самое большое открытие для меня — это Елена Аксеновская (Галина) — очень глубокая, женственная, хрупкая, очень обаятельная и вообще как будто ничего не делающая на сцене.

- Немаловажное значение сыграет в спектакле сценография — конструкция, напоминающая остров, на котором оказались персонажи пьесы, огромное окно как единственный выход за пределы обстоятельств. Кому принадлежит идея сценографического оформления спектакля?

Ю. П.: Подготовительную работу с Эрихом Вильсоном мы проводили вместе, а идея островка — лично его решение. Кроме того, мы используем видеопроекцию на «окно», в котором возникают совершенно абстрактные рисунки главного художника театра. Таким образом мы решаем задачу перемены задников, места действия и даем зрителю эмоциональную составляющую сцены. Я вообще за смешение искусств, за то, чтобы в создании спектакля активно участвовал художник, хореограф, музыкант — дай бог, мы когда-нибудь вытащим на сцену оркестр. Это модно, востребовано и мне это нравится.

Комментарии