Общество

Ольга Балябина: «Одни в случившемся винят себя, другие — государство и общество…»

:
Вы хотите узнать, как связаны между собой наркоторговля, любовь, счастье, Адреано Челентано и выход в открытый космос? Все это в интервью с психологом-полиграфологом ФСКН по Коми.

- Ольга Валерьевна, вас представили как психолога-полиграфолога, но официально ваша должность называется «главный специалист-эксперт отдела кадровой и воспитательной работы». Чем же вы все-таки занимаетесь?

- Основная задача — работа с сотрудниками ведомства, иногда с подозреваемыми. То есть при необходимости сотрудники обращаются ко мне за полиграфными исследованиями и советуются, как построить беседу с задержанным.

- Наркоситуация характеризуется на сегодня как «сложная». Скажите нам — это когда- нибудь закончится?

- Мое мнение, как специалиста, что надо не выборочно проводить профилактические мероприятия среди уже взрослых людей, а буквально с рождения. Как? Хотя бы через книги. Мы забыли, что такое хорошо, что такое плохо, где добро, где зло, что можно, а что нельзя. Даже кандидаты на службу в ФСКН получают отказы, потому что в их биографии были факты употребления наркотических веществ. Спрашиваем у них: «Знаете же, что это плохо, почему тогда попробовали?» Отвечают — да, знаем, но возник интерес. Тогда привожу пример: вот лежат на блюдцах мышьяк и наркотическое средство. И то, и то — яд. Но мышьяк-то вы не берете, а наркотики — запросто, хотя в обоих случаях итогом становится смерть, долгая и длительная. Просто те, кто продают, они ведь еще и рекламой занимаются — попробуете, вам будете хорошо. А если человек с рождения будет знать, что наркотики под табу, что нельзя пробовать, не положено, то, возможно, и пробовать не будут.

- То есть сегодня слишком мало внимания детям уделяется? В этом проблема?

- Проблема в том, что у нас не учат быть родителями — мы не знаем, как с детьми работать, как их растить, просто следуем примеру своих родителей. Не все родители читают книги, не все консультируются со специалистами по вопросам воспитания. На поваров и штукатуров учат, а родителем быть — нет. И поэтому чаще всего главенствует мнение, что семья должна жить в сытости и достатке, родители работают с утра до ночи, а в итоге дети предоставлены сами себе. В то же время одними запретами современных детей от ошибок не убережешь. Ну, отключим интернет — так они все по телевизору увидят. Конечно, там нет прямой рекламы, но всегда показывается красивая жизнь, дорогие машины, крепкие дорогие напитки. Один из элементов этого благополучного, эффектного образа зачастую являются и наркотические средства.

- За время вашей долгой работы как-то изменился психологический портрет наркопотребителя и наркоторговца?

- Нет, он не меняется. Есть определенные периоды, когда человек может ступить на скользкую дорожку. Прежде всего, когда идет становление человека, как личности — когда дети становятся самостоятельными, а контроль со стороны взрослых ослабевает. То есть во время, когда он сам принимает решения — не мама сказала, а я выбрал, решил, сделал — проявляется юношеский максимализм. Подростки считают, что могут в любой момент остановиться, но, к сожалению, получается не у всех.

Также на употребление наркотических средств толкает определенный жизненный кризис, когда таким способом человек хочет человек уйти от проблемы. У нас в России люди часто уходят от проблемы через алкоголь, а молодежь сегодня — с помощью наркотических средств.

К сожалению, у нас укрепилось иллюзорное понятие о счастье. Говорят, вот он счастливый — папа олигарх, квартира в Испании, денег море. А в душу к нему заглянешь — он просто глубоко несчастный человек. Вспомните недавнюю историю о сыне олигарха, который задушил свою мать.

Когда вы счастливы, вы это состояние ничем измерить не можешь — для кого-то счастье сказку придумать, для кого-то волонтером в приюте для животных работать, а кому-то мицелий выращивать. А когда ты не знаешь, что тебе интересно, как быть, кем быть — это страшно.

- В последнее время в криминальных сводках все чаще мелькают девушки, распространяющие наркотики. С чем это может быть связано?

- Явно не из-за азарта или ради построения синдиката. Женская психология более тонкая, чем мужская. Тут могут быть два варианта. Первый, когда девушка идет за любовью, ищет тепла, нежности. Применительно к сфере наркоторговли может быть так: попросил друг, пообещал, что если поможешь, то будем счастливо и красиво жить. Второй вариант — финансовый. В наркопреступлениях участвуют не низшие слои общества, но нередко те, кто нуждается в деньгах. У современной молодежи нет понимания, что в 15 лет без опыта работы и образования они не могут легко и много зарабатывать. 10 тысяч рублей сегодня для них не деньги, все хотят получать 25 тысяч и выше. При этом вариант пойти нянечкой в детский сад ими даже не рассматривается, а распространение наркотиков — запросто. Тут еще наслаивается и наша русская вера в авось — «Авось, пронесет, не поймают».

- В каких случаях подозреваемых направляют к вам?

- Ко мне попадают только в тех случаях, когда у следователя возникают неразрешимые вопросы, и он предлагает пройти подозреваемому полиграфное исследование. Но следует помнить, что это добровольная процедура, без согласия испытуемого не проводится. Полиграф устанавливает истину — ложь ведь не почувствовать, не понюхать, поэтому цель исследования — выяснить был факт или не был. В основном, конечно, следователи обращаются за консультационными услугами — как построить беседу, что сделать, как повлиять.

- Родители защищают своих детей-преступников?

- Да. На то они и родители. Однако только ведут себя по — разному: одни в случившемся винят себя- не досмотрели, не научили, не уберегли. А другие, несмотря на имеющиеся доказательства, винят государство и общество…

- Ваша основная обязанность — работа с сотрудниками ведомства. Им оказывается психологическая помощь или они те самые настоящие мужчины, которые не плачут?

- Они такие же живые люди, а «настоящие мужики» только в фильмах. Сейчас в правоохранительных органах делают сильный акцент на профессиональный отбор при приеме. Если на службу придет психически здоровый человек — стрессоустойчивый, контактный, который умеет строить отношения, понимает задачи, то ему работать будет легче. Даже когда при собеседовании отмечается проявление психосоматики — кандидат краснеет, бледнеет, зрачки размер меняют — то возникает вопрос, как с ним потом работать, сможет ли он выдержать высокие умственные и физические нагрузки.

- Психологическую разгрузку на службе делаете?

- Сотрудники, может, и хотели бы пройти психологический тренинг, но длится он порой несколько часов — столько времени свободного просто нет. Они живут по принципу «работа — дом — работа — дом». Поэтому учу расслабляться, отпускать ситуацию с помощью маленьких упражнений. Чаще просто консультирую. Конечно, лучшая разгрузка — это семейные отношения, но ведь и дома может что-то произойти, что потом повлияет на работу. Один из способов снятия стресса — игровые виды спорта. Сотрудники нашего ведомства играют в футбол, волейбол и прочее. Там они могут выплеснуть весь негатив или усталость. Вспомните фильм с Адриано Челентано, где он колол дрова, чтобы компенсировать, скажем так, переизбыток энергии — вот примерно так и происходит (смеется)

- Но сотрудники ФСКН занимаются еще и боевыми видами спорта. Бытует мнение, что они наоборот подпитывают агрессию.

- Жесткими, агрессивными видами спорта сотрудники ФСКН по Коми не занимаются. В их арсенале боевые искусства, которые строятся на дисциплине, самовоспитании и самоконтроле. Такие виды спорта помогают в работе, совершенствуют мастерство, чтобы быть готовыми к любому повороту событий при задержании преступника.

- Вы также занимаетесь исследованиями на полиграфе. Можно сказать, что подобные исследования точны на сто процентов?

- Я бы сказала, что ни в чем нельзя давать стопроцентную точность. Всегда есть вероятность маленькой погрешности. Любой полиграфолог, когда проводит исследование и готовит заключение, заинтересован в качестве — истина всегда дороже. Вопросы задаются не один раз, реакции проверяются, сравниваются. Всегда идет настройка прибора, смотрим на испытуемого в разных состояниях — расслабленность, волнение. До и после исследования мы отмечаем также жесты испытуемого, взгляд, поведение в целом — для нас это тоже информация.

Стоит так же помнить, что полиграф настроен на те действия, которые вы совершали. То есть если я вас спрошу: «Вы почувствовали холод, когда вышли в открытый космос», вы, естественно, ничего не почувствуете. Но если спрошу: «Любите ли вы лимон», то вы, может, и не любите, но реакция пойдет — вкус вспомните.

- Насколько часто проверяют на полиграфе сотрудников ФСКН?

- В отношении кандидатов на службу в ведомстве мы обязательно проводим исследования в соответствии с указом президента. Кроме того, регулярно следим за чистотой рядов. Проверяем их с определенной периодичностью на применение физической силы, получение взяток и на совершение противоправных действий.

- Часто приходят соискатели, которые употребляли наркотики?

- В последнее время процент кандидатов, которые пробовали наркотические средства хотя бы раз, становится больше. Многие осознают свою ошибку — говорят, что не прав был, не надо было этого делать. А кто-то совершенно спокойно относится к факту употребления. Например, был в моей практике совершенно шокирующий случай. Когда Крым стал частью России, мы там формировали службу наркоконтроля. А на Украине наркотиков очень много, просто какое-то запредельное количество. И вот на собеседование пришла девушка — преподаватель вуза, есть ребенок. Выяснили, что ее молодой человек употребляет наркотики. Спрашиваем: «А вы что-то делаете для того, чтобы он бросил?» — «Ничего страшного, он же хороший человек». Потом исследование выявило факт употребления с ее стороны. Она и в этом ничего зазорного не видит, не сожалеет. Тогда спрашиваю: «Прошло лет пять, вашего ребенка задержали за употребление наркотического средства, вы как отреагируете?» Ответ просто поразил: «А в жизни все надо попробовать»… Конечно, на службу в ФСКН она не попала.

Комментарии