Политика

Дело Гайзера: как строилось и кто мешал

:
Новость об аресте практически всей властной верхушки Республики Коми, называемой следственными органами не иначе как организованное преступное сообщество, стало полной неожиданностью как для жителей региона, так и для страны в целом. Закономерный вопрос многих — где в течение десяти лет высокопоставленного преступного разгула были силовики? Но если отбросить эмоции и напрячь память, то можно вспомнить, что в последние годы коррупционные скандалы в Коми возникали один за другим.

С 2012 года Республику Коми лихорадит от коррупционных уголовных дел. Характерно, что их возбуждению предшествовали проверки республиканских прокуратуры и УФСБ, чье руководство сменилось в 2011–2012 гг. Некоторые источники полагают, что именно приход в Коми прокурора Сергея Бажутова и руководителя УФСБ Александра Калашникова положил начало региональной антикоррупционной эпопее — к уголовной ответственности привлечены многие ключевые должностные лица и руководители организаций, связанные с руководством республики, руководство большинства муниципалитетов, части органов власти республиканского уровня, связанных с бюджетными потоками предприятий и организаций.

По информации источников «Коми Ньюс», ранее информация о коррупционных делах в надзорное ведомство также регулярно поступала, но по какой-то причине ей просто не давали ход. На недавнем пресс-клубе, устроенном интернет-журналом 7×7, журналист Игорь Бобраков высказал мнение, что «дело Гайзера» выстрелило именно сейчас, потому что его команда не смогла договориться с новыми силовиками, как это удавалось ей ранее.

Так, весной 2012 года возбуждено уголовное дело в отношении министра архитектуры, строительства и коммунального хозяйства РК Олега Казарцева, который в свою бытность мэром Ухты незаконно распоряжался муниципальным жильем. После вынесения приговора в отношении экс-градоначальника было возбуждено еще одно дело: за злоупотребления при выделении своей супруге земельного участка и мошенничество в особо крупном размере. В июле этого года Казарцев осужден к шести годам лишения свободы. В поле зрения правоохранителей региона попали и другие руководители муниципалитетов республики, уже осужденные или ожидающие приговоры за коррупционные преступления (Воркута, Печора, Сыктывкар и другие). Осужден бывший первый заместитель министра образования региона Николай Зуев, по вине которого в школьные столовые Коми было поставлено оборудование ненадлежащего качества, ущерб бюджету — 43 млн рублей.

На рассмотрении суда находится дело руководства Комитета лесов Коми и подведомственных ему учреждений, которым предъявлено обвинение в превышении должностных полномочий, повлекшем тяжкие последствия, незаконной рубке лесных насаждений, совершенной организованной группой в особо крупном размере, получение взятки, легализации преступных доходов и незаконное участие в предпринимательской деятельности. Эксперты оценили ущерб бюджету от незаконной деятельности чиновников в 67 млн рублей, лесному фонду — в 4,6 млрд рублей.

Осенью минувшего года возбуждено уголовное дело в отношении депутата Госсовета Коми бывшего созыва, директора ОАО «Ухтанефтегазгеология» Акифа Саядова (100% собственности предприятия принадлежит Российской Федерации). Ему инкриминируют присвоение и растрату в особо крупном размере, мошенничество в особо крупном размере, злоупотребление полномочиями и легализацию доходов, полученных преступным путем.

Были раскрыты офшорные схемы хищения денежных средств в Воркуте, где поступавшая от потребителей тепла плата не направлялась энергоснабжающим организациям, а расходовалась совсем на другие цели. В деле был замешан бывший мэр Воркуты Анатолий Пуро, а ниточки сопричастности к созданию этой схемы, по некоторым данным, ведут к арестованному зампреду правительства Коми Константину Ромаданову.

Стоит заметить, что уголовные дела доходили до суда, а по итогам многие обвиняемые получали реальные сроки лишения свободы. По словам источников в среде правоохранителей, сначала фигуранты не верили в возможность доведения дел до суда и рассчитывали на вмешательство покровителей из республиканской власти. Действительно, попытки республиканской политической верхушки «договориться» с новыми силовиками, по словам знакомых с ситуацией людей, имели место быть (такая активная коррупционная шумиха в регионе с ореолом благополучия им была не нужна), однако успехом они не увенчались.

О том, что договориться мирно с силовиками не получалось, можно было догадаться по периодически появляющимся на лентах ведущих, как они сами себя называют, СМИ региона выпадов в адрес правоохранителей. Так, осенью 2014 года борцом с «беспределом» людей в погонах стала ухтинская журналистка, член Общественной палаты региона Наталия Крутских. Из ее уст звучали обвинения в адрес прокурора Коми Сергея Бажутова в причастности к увольнению Крутских с МУП «Ухтинское телевидение», а также в необоснованности обвинений в адрес экс-мэра Ухты Олега Казарцева.

В распоряжении «Коми Ньюс» оказалось представление Управления ФСБ по Коми в адрес руководителя Администрации Главы и Правительства Коми Ольги Осиповой, согласно которому такие смелые заявления журналистка делала после долгих и тщательных консультаций с одним из фигурантов «дела Гайзера» — начальником Управления информации Правительства Коми Павлом Марущаком. Их переписка в скайпе была обнаружена после изъятия в ходе обыска в МУП «Ухтинское телевидение» ноутбука Крутских (в суде рассматривается дело по обвинению Крутских в растрате в муниципального имущества во время ее работы в указанном МУПе).

Как следует из документа, Крутских и Марущак целенаправленно препятствовали следствию по делу Казарцева и дискредитировали правоохранительные и надзорные органы республики. Например, обсуждали создание видеоролика о земельном участке, незаконно выделенном Казарцевым своей сожительнице, и возведенным на нем постройках. Опубликованная в СМИ запись от имени подставного лица должна была помочь Казарцеву и его защитникам в суде при оспаривании предъявленной обвинением суммы ущерба от действий экс-мэра.

Кроме того, Крутских и Марущак предпринимали попытки дискредитации доказательств, ставших основанием для избрания в отношении Казарцева меры пресечения в виде заключения под стражу.

Между тем, вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность прокурора или следователя является уголовно наказуемым деянием (ч.3 ст.294 УК РФ). Медийные деятели о незаконности своих действий явно знали, но, видимо, не предполагали, что их тесное сотрудничество станет достоянием гласности.

Об информационных «выстрелах» в адрес прокурора Бажутова в свое время писал и информационный портал «Красное знамя»: «Мне вдруг почему-то вспомнилось, как взорвались разом все ленты республики, когда задержали, а затем арестовали того же Саядова. Он обвиняется в отмывании 42 миллионов рублей со счетов предприятия «Ухтанефтегазгеология», а со стороны следствия имеются намеки, что эти деньги-де в числе прочего шли куда-то, откуда могли перечисляться на поддержку террористов. Последняя история мутная, но то, что взрыв был (информационный), это факт. Причем исключительно либо в официозных, либо в подконтрольных Чернову СМИ. Главная мишень при этом оставалась неизменной — прокурор Бажутов, ну, а в целом — те правоохранители, которые посмели поднять руку на Саядова».

Тогда в распоряжении издания оказался еще и скан допроса некого Главного лесничего, обвиняемого в незаконном предоставлении лесных участков для заготовки древесины. В допросе фигурирует имя бывшего руководителя Комитета лесов Коми Василия Осипова, который указывает лесничему отказываться от дачи показаний по делу, а также гарантирует ему помощь адвокатов, которых бесплатно предоставляет Правительство Коми. То есть власть фактически помогала «отмазываться» преступникам.

Лесничий тогда все же не пошел на такую сделку — совесть не позволила -, а его показания послужили доказательствами для уголовного дела в адрес руководителя лесного ведомства региона.

Были и другие примеры нападок на региональное надзорное ведомство: это и упреки в нежелании контролировать растущие в пору кризиса цены на продукты (хотя это прерогатива по закону отдана Председателю Правительства субъекта федерации), и переложение ответственности с органов опеки на прокуратуру в деле погибшей от рук отчима двухлетней девочки из Эжвы, и многие другие.

Некоторое время такими способами власти удавалось создавать информационный шум, дискредитирующий имидж правоохранителей и отвлекающий внимание от антикоррупционных дел, а также препятствовать работе органов. Но как видим, закончилось все явно не так, как они предполагали.

По свидетельству источников, убеждаясь, что попытки давления на правоохранительные органы не приводят к результату, привлекаемые к уголовной ответственности лица более активно сотрудничали со следствием и оперативниками, причем как по своим делам, так и по известным им обстоятельствам противоправной деятельности руководства республики. Именно их показания, собранные по крупицам, стали «скелетом» уголовного дела по статье 210 УК РФ (организация преступного сообщества) в отношении Гайзера и компании.

Пока писался материал, в эфире программы «Политика» на Первом канале юрист Михаил Барщевский отметил заслугу правоохранителей в разоблачении преступного сообщества во властной верхушке Республики Коми: «При том, что разработка шла так много лет и не было никакой утечки информации — это говорит о том, что, по крайней мере, вот в отношении этих людей в ФСБ и в Следственном комитете, которые занимались этим делом, с борьбой с коррупцией все нормально обстоит. Потому что такая информация очень больших денег стоит. И если они ее не слили — есть люди, которые, что называется за идею, а не за бабки».

Комментарии